22 ноября 2019
История о «противном» Мите
На расстоянии метров трех от стола регистрации стоял сутулый худой подросток 14 лет. Как-то очень неловко, за рукав куртки, его держала бабушка. К столу она подошла без внука и полушепотом сообщила: «Я заплатила Мите, Ольга Викторовна, чтобы он поехал в лагерь». Поза и лицо парня в это время выражали полный пофигизм. Мите было пофиг на лагерь, на меня и на бабушку. Грязная длинная челка была апофеозом пофигизма ко всему, что окружало подростка.
Я впервые пожалела о том, что продала путевку. Я вспомнила, как бабушка пришла за ней в наш офис и почти час рассказывала о проблемах внука: оставался на второй год, маму все время вызывают в школу, хамит учителям, круглосуточные компьютерные игры, нет друзей. Я вспомнила, как она просила взять его в лагерь, о котором слышала много хорошего. Как называла поездку Мити в эту смену последней надеждой. Окрестив Митю «противным», я жалела о проданной путевке ровно 2 минуты. Потому что кто-то из кураторов лагеря сообщил, автобусы уже подъехали. Отряды начали строиться и выходить на посадку. Митя не строился, шел к автобусу вялым шагом, а мне некогда больше было за ним наблюдать. Детей в зимнюю смену 2014 года поехало человек 90. Собрался многочисленный младший отряд. Я смотрела, как родители семилеток стучат в окна автобусов и кричат, что будут скучать, надеясь увидеть слезы любимых детей. Но никто не заплакал. И я окончательно забыла о сутулом противном Мите…
Подросток напомнил о себе через 1,5 часа после приезда в лагерь. Открытие смены, по традиции, начиналось с первых творческих отрядных зарисовок на предложенную тему. Вышел старший отряд, и я увидела на сцене Митю. Такого же сутулого, с такой же грязной длинной челкой, но увлеченно прижимающего к себе картонную елку. Я увидела, как этот нескладный мальчик стесняется, как при этом старается выполнить задачу отрядного режиссера. Увидела, что ему почему-то больше не пофиг. На первой вечерней кураторской рефлексии о Мите сказали коротко: присматривается, говорит мало, но не отказывается помочь. Если бы я тогда знала, что это «не отказывается помочь» станет жизненным кредо Мити…
Смена летела, я видела метаморфозы, которые происходят с детьми в нашем лагере. Я понимала, как они «отогреваются» в атмосфере абсолютной любви кураторов, в 100% добрых установках отрядного общения. Я услышала, как изменилась отрывистая и грубоватая интонация Мити. Я больше не видела угловатого подростка. Все чаще играл на сцене, смеялся в отряде, подходил поговорить по душам совсем-совсем маленький Митя. Лицо Мити стало мягким и наивным. И этим мягким детским лицом мальчик уткнулся мне в плечо в день отъезда. Он плакал навзрыд и никого не стеснялся. Стыдно почему-то было мне. Мне было стыдно за армию взрослых, которая не нашла времени, возможности, внимания, любви для этого закомплексованного, затюканного постоянными придирками мальчика.
Ты приедешь домой, Митя, и вот так же обнимешь свою бабушку. Ты вернешь ей деньги. Ты скажешь ей спасибо за то, что не переставала любить тебя и верить в тебя.
Что именно запустило механизм трансформации Мити по возвращению к себе настоящему? Искренняя заинтересованность куратора отряда в способностях Мити и отсутствие сверх ожиданий от этих способностей. Индивидуальный подход к мальчику. На утренней линейке второго дня Митя получил значок «чистюли», он просто аккуратно заправил кровать. Но это позволило мальчику понять: все, что он делает хорошо, замечают и оценивают. Никто не высмеивал и не отвергал идеи подростка для творческих выступлений. Митя перестал бояться высказывать свои мысли и научился внимательно слушать новых друзей на вечерней свечке. Подарочные футболки «уравняли» внешний вид ребят в лагере. Можно было не заморачиваться с одеждой для выпендрежа. В отрядах в почете атмосфера доверия и искренности, Мите не надо было кого-то из себя изображать. Присутствие в старшем отряде Вити с ДЦП, с которым Митя жил в одной комнате, стало решающим фактором перемен. Когда твой ровесник, с ограниченными возможностями передвижения и общения, может обыграть тебя в игре «Крокодил» - это круто!
Митя ездил в лагерь, пока ему не исполнилось 17 лет. Он закончил 9 классов, потом поступил в техникум. Он почти сразу стал заниматься добровольчеством. У него уже 6 лет одна и та же одинокая подопечная бабушка. Митя организовал у себя в техникуме волонтерский отряд и получил знак «Доброволец города Перми». Он ежегодно входит в состав волонтеров Пермского международного форума добровольцев.
Митя никогда никому «не отказывается помочь».
Я впервые пожалела о том, что продала путевку. Я вспомнила, как бабушка пришла за ней в наш офис и почти час рассказывала о проблемах внука: оставался на второй год, маму все время вызывают в школу, хамит учителям, круглосуточные компьютерные игры, нет друзей. Я вспомнила, как она просила взять его в лагерь, о котором слышала много хорошего. Как называла поездку Мити в эту смену последней надеждой. Окрестив Митю «противным», я жалела о проданной путевке ровно 2 минуты. Потому что кто-то из кураторов лагеря сообщил, автобусы уже подъехали. Отряды начали строиться и выходить на посадку. Митя не строился, шел к автобусу вялым шагом, а мне некогда больше было за ним наблюдать. Детей в зимнюю смену 2014 года поехало человек 90. Собрался многочисленный младший отряд. Я смотрела, как родители семилеток стучат в окна автобусов и кричат, что будут скучать, надеясь увидеть слезы любимых детей. Но никто не заплакал. И я окончательно забыла о сутулом противном Мите…
Подросток напомнил о себе через 1,5 часа после приезда в лагерь. Открытие смены, по традиции, начиналось с первых творческих отрядных зарисовок на предложенную тему. Вышел старший отряд, и я увидела на сцене Митю. Такого же сутулого, с такой же грязной длинной челкой, но увлеченно прижимающего к себе картонную елку. Я увидела, как этот нескладный мальчик стесняется, как при этом старается выполнить задачу отрядного режиссера. Увидела, что ему почему-то больше не пофиг. На первой вечерней кураторской рефлексии о Мите сказали коротко: присматривается, говорит мало, но не отказывается помочь. Если бы я тогда знала, что это «не отказывается помочь» станет жизненным кредо Мити…
Смена летела, я видела метаморфозы, которые происходят с детьми в нашем лагере. Я понимала, как они «отогреваются» в атмосфере абсолютной любви кураторов, в 100% добрых установках отрядного общения. Я услышала, как изменилась отрывистая и грубоватая интонация Мити. Я больше не видела угловатого подростка. Все чаще играл на сцене, смеялся в отряде, подходил поговорить по душам совсем-совсем маленький Митя. Лицо Мити стало мягким и наивным. И этим мягким детским лицом мальчик уткнулся мне в плечо в день отъезда. Он плакал навзрыд и никого не стеснялся. Стыдно почему-то было мне. Мне было стыдно за армию взрослых, которая не нашла времени, возможности, внимания, любви для этого закомплексованного, затюканного постоянными придирками мальчика.
Ты приедешь домой, Митя, и вот так же обнимешь свою бабушку. Ты вернешь ей деньги. Ты скажешь ей спасибо за то, что не переставала любить тебя и верить в тебя.
Что именно запустило механизм трансформации Мити по возвращению к себе настоящему? Искренняя заинтересованность куратора отряда в способностях Мити и отсутствие сверх ожиданий от этих способностей. Индивидуальный подход к мальчику. На утренней линейке второго дня Митя получил значок «чистюли», он просто аккуратно заправил кровать. Но это позволило мальчику понять: все, что он делает хорошо, замечают и оценивают. Никто не высмеивал и не отвергал идеи подростка для творческих выступлений. Митя перестал бояться высказывать свои мысли и научился внимательно слушать новых друзей на вечерней свечке. Подарочные футболки «уравняли» внешний вид ребят в лагере. Можно было не заморачиваться с одеждой для выпендрежа. В отрядах в почете атмосфера доверия и искренности, Мите не надо было кого-то из себя изображать. Присутствие в старшем отряде Вити с ДЦП, с которым Митя жил в одной комнате, стало решающим фактором перемен. Когда твой ровесник, с ограниченными возможностями передвижения и общения, может обыграть тебя в игре «Крокодил» - это круто!
Митя ездил в лагерь, пока ему не исполнилось 17 лет. Он закончил 9 классов, потом поступил в техникум. Он почти сразу стал заниматься добровольчеством. У него уже 6 лет одна и та же одинокая подопечная бабушка. Митя организовал у себя в техникуме волонтерский отряд и получил знак «Доброволец города Перми». Он ежегодно входит в состав волонтеров Пермского международного форума добровольцев.
Митя никогда никому «не отказывается помочь».